Спектакль "Севильский цирюльник"

3

сумасбродом...

Ф  и  г  а  р  о. Ежели принять в рассуждение все добродетели, которых требуют  от  слуги,  то  много  ли,  ваше  сиятельство, найдется господ, достойных быть слугами?

Г р а ф (со смехом). Неглупо сказано. Так ты переехал сюда?

Ф и г а р о. Не сразу...

Г  р  а ф (прерывает его). Одну секунду... Мне показалось, что это она... Продолжай, я тебя слушаю.

Ф и г а р о. Я вернулся в Мадрид  и  решил  еще  раз  блеснуть своими    литературными    способностями.    Театр  показался  мне достойным поприщем...

Г р а ф. Боже милосердный! (Во время следующей реплики  Фигаро граф не сводит глаз с окна.)

Ф  и  г  а  р о. Откровенно говоря, мне непонятно, почему я не имел  большого  успеха:  ведь  я  наводнил  партер  прекрасными работниками,  -- руки у них... как вальки. Я запретил перчатки, трости, все, что  мешает  рукоплесканиям.  И  даю  вам  честное слово, перед началом представления я проникся уверенностью, что завсегдатаи    кофейной    относятся  ко  мне  в  высшей  степени благожелательно. Однакож происки завистников...

Г р а ф. Ага, завистники! Значит, автор провалился.

Ф и г а р о. Как и всякий другой. Что же  в  этом  особенного? Они меня освистали. Но если бы мне еще раз удалось заставить их собраться в зрительном зале...

Г р а ф. То скука бы им за тебя как следует отомстила?

Ф и г а р о. О черт, как же я их ненавижу!

Г  р  a  ф.  Ты  все еще бранишься! А знаешь ли ты, что в суде предоставляют не более двадцати четырех часов для  того,  чтобы ругать судей?

Ф и г а р о. А в театре -- двадцать четыре года. Всей жизни не хватит, чтобы излить мою досаду.

Г р а ф. Мне нравится твоя забавная ярость. Но ты мне так и не сказал, что побудило тебя расстаться с Мадридом.

Ф  и  г  а  р  о.  Мой  ангел-хранитель,  ваше  сиятельство: я счастлив, что свиделся с прежним моим господином. В  Мадриде  я убедился,  что республика литераторов -- это республика волков, всегда готовых перегрызть друг другу  горло,  и  что,  заслужив всеобщее    презрение    смехотворным    своим  неистовством,  все букашки,    мошки,    комары,    критики,    москиты,    завистники, борзописцы,  книготорговцы,  цензоры,  все, что присасывается к коже несчастных литераторов, -- все это раздирает их на части и вытягивает    из    них    последние      соки.      Мне      опротивело сочинительство,  я  надоел  самому  себе,  все  окружающие  мне опостылели, я запутался в долгах, а в  карманах  у  меня  гулял ветер.  Наконец,  рассудив,  что  ощутительный  доход от бритвы лучше суетной славы пера, я оставил Мадрид. Котомку за плечи, и вот, как заправский философ,  стал  я  обходить  обе  Кастилии, Ламанчу,  Эстремадуру, Сьерру-Морену, Андалусию; в одном городе меня встречали радушно, в другом сажали в тюрьму, я же ко всему относился спокойно.  Одни  меня  хвалили,  другие  порицали,  я радовался  хорошей  погоде, не сетовал на дурную, издевался над глупцами, не клонил  головы  перед  злыми,  смеялся  над  своей бедностью,  брил  всех  подряд  и  в  конце  концов поселился в Севилье, а теперь я снова готов к услугам  вашего  сиятельства, -- приказывайте все, что вам заблагорассудится.

Г р а ф. Кто тебя научил такой веселой философии?

Ф  и  г  а  р  о.  Привычка к несчастью. Я тороплюсь смеяться, потому что боюсь, как бы мне не пришлось заплакать. Что это  вы все поглядываете в ту сторону?

Г р а ф. Спрячемся.

Ф и г а р о. Зачем?

Г р а ф. Да иди же ты, несносный! Ты меня погубишь!

Прячутся.

ЯВЛЕНИЕ III

Б а р т о л о, Р о з и н а.

Жалюзи в первом этаже открывается, и в окне показываются

Б а р т о л о и Р о з и н а

Р  о з и н а. Как приятно дышать свежим воздухом!.. Жалюзи так редко открывается...

Б а р т о л о. Что это у вас за бумага?

Р о з и н а. Это куплеты из "Тщетной предосторожности", -- мне их дал вчера учитель пения.

Б а р т о л о. Что это еще за "Тщетная предосторожность"?

Р о з и н а. Это новая комедия.

Б а р т о л о. Опять какая-нибудь пьеса! Какая-нибудь глупость в новом вкусе!

Р о з и н а. Не знаю.

Б а р т о л о. Ну,  ничего,  ничего,  газеты  и  правительство избавят нас от всего этого. Век варварства!

Р о з и н а. Вечно вы браните наш бедный век.

Б  а р т о л о. Прошу простить

 
<< [Первая] < [Предыдущая] 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 [Следующая] > [Последняя] >>

Результаты 3 - 3 из 26
Фотогалерея